Президент Франции Эммануэль Макрон заявил, что не имеет сомнений в попытках России создать опасную ситуацию во время Олимпиады в Париже. По сути, это первое заявление, которое прямо свидетельствует европейцам о том, что Москва представляет реальную угрозу их безопасности. Чем обусловлено такое изменение позиции Макрона и приведет ли оно к реальным изменениям для Киева?
«Красных линий» давно нет
Хотя кажется, что Президент Франции только недавно принял настолько радикальную позицию по поводу российско-украинской войны, на самом деле это не так. Политики знают, что Макрон, который еще буквально пару лет назад выражал надежду, будто с Путиным можно договориться, сейчас полностью изменил риторику. Теперь он считает, что Россию обязательно нужно победить. Заявление об отправке французских войск стало новостью только для тех, кто не отслеживает политические тенденции.
Важно подчеркнуть два четких фактора:
- Такой курс не все внутри страны воспринимают одобрительно.
- Его позиция усиливает напряженность между Берлином и Парижем.
И все же Макрон идет своим путем. Почему?
Все началось раньше
На самом деле позиция Президента Франции изменилась совсем не недавно. Критическим поворотным моментом было его выступление в Братиславе чуть менее года назад 31 мая перед открытием саммита GLOBSEC. Тогда он сделал несколько смелых заявлений:
- Во-первых, осудил ошибку, которую допустили и Франция, и Германия, когда не поддержали вопрос о членстве Украины и Грузии в НАТО в 2008 году.
- Во-вторых, укорил Европу в медлительности, которая позволила так долго игнорировать мнение Балтии о России и ее намерениях.
- В-третьих, сообщил, что история так ничему и не научила мир, политики до сих пор не умеют делать своевременные выводы и анализировать геополитическую ситуацию.
Эта риторика резко отличалась от прежних советов «не унижать Россию», предоставить ей гарантии безопасности и прочее. Макрон признал свои ошибки, которые допустил как перед полномасштабным вторжением, так и в самом его начале.
Он осознал такие истины:
- Переговоры с Россией — бесперспективны.
- Кремль на данном этапе представляет угрозу не только для Украины, Грузии, Сирии, но и для всей Западной Европы. В случае победы над Украиной Путин сначала сосредоточится на Балтии, а потом, с высокой вероятностью, на Польше и Чехии.
Угроза для Германии и Франции тоже реальна, вопрос скорее в сроках. И хотя обычному европейцу кажется, что главное — не допустить войны, но реальная опасность начинается не с этого, а, например, с кибератак или вмешательства Москвы во внутреннюю политику, чтобы навести тень на Украину, Макрона и других европейских лидеров, заинтересованных в поддержке Киева для безопасности своих стран. И всё это уже происходит, хоть люди ещё и не замечают, что процесс уже запущен.
Пассивность не в моде
Но, кажется, главное заключается в том, что Макрон решительно нацелен на роль настоящего лидера в Европе, а это тесно связано с жесткой позицией по отношению к России. Политическая ситуация сейчас такова, что первенство в эшелоне политиков зависит от отношения к суверенитету и целостности Украины и бескомпромиссности в борьбе Киева и Москвы. Именно поэтому за последний год все наблюдают что-то вроде сближения Франции, Украины и Балтии.
Именно поэтому Макрон постоянно повторяет, что «красные линии» — тема, которая давно исчерпала себя. Это связано с тем, что раньше Европа позволяла России определять эти «красные линии» и повестку дня. Теперь с пассивной позиции время переходить к ведущей, чтобы перехватить инициативу и не играть по чужим правилам. Не может быть табу в вопросах поставок оружия Украине, атак за пределами украинских территорий и прочем. Эта позиция пугала раньше, но сейчас без нее просто наступит поражение.
Именно поэтому Президент Франции недавно подчеркнул, что самих поставок вооружения недостаточно, ведь его нет в нужном количестве, поэтому стоит прибегнуть к новым способам, например, к введению войск. Гарантией успеха является взгляд на войну в Украине не как на что-то отстранённое, а как на собственную угрозу.
А что скажут люди?
И самая большая проблема сейчас — общественное мнение. Сразу после заявления Макрона по телевидению и в прессе посыпались лозунги «Мы не хотим умирать за Донбасс!», хотя и министр иностранных дел, и министр вооруженных сил Франции, и сам Президент Украины подчеркнули, что речь не идет о вводе сухопутных войск для боевых действий.
В 1939 году подобный лозунг во Франции уже был и звучал он так: «Мы не должны умирать за Данциг». Автором фразы был Марсель Деа, который позже стал нацистским коллаборантом. Но лозунг тогда дал свой результат, значит, может сработать и сейчас, потому что люди и общественное мнение, как правило, не меняются. Поэтому с общественностью стоит быть максимально осторожным.
Но если войска направлять в Украину никто не собирается, о чем тогда вообще говорил Президент Франции?
- В первую очередь, это отдельные миссии для Украины, такие как обучение для военнослужащих, разминирование территорий и акваторий, сотрудничество в области киберзащиты и т.д.
- Во вторую очередь, помощь с обслуживанием F-16, когда их предоставят Киеву.
- В третью, — нахождение войск в деоккупированных территориях, чтобы предотвратить новое продвижение россиян вглубь страны. Таким образом можно будет защитить гражданских, а в случае гибели или ранения солдат НАТО со стороны российской армии это будет прямым ударом против Альянса. То есть, нахождение там солдат НАТО — прекрасный метод сдерживания россиян.
О последних пунктах Макрон не говорит, потому что не может прямо говорить все, что думает: он вынужден оставаться в рамках «стратегической двусмысленности». Однако, эти выводы легко делают все эксперты.
Бурлит внутри
А самое интересное — это реакция на новую позицию Макрона со стороны ультраправых и ультралевых сил внутри самой Франции. И те, и другие не в восторге. Правые очень тесно связаны с Россией, хотя сейчас и не могут позволить себе поддерживать массовые убийства в Украине, которые совершают россияне, хотя в начале вторжения и были на стороне РФ.
Правые же силы не поддерживают Россию, но и за предоставление оружия Киеву во время голосований от Франции или от ЕС ни разу не проголосовали «за». Такая же реакция была и в отношении борьбы с российской пропагандой. Даже 12 марта 2024 года во время голосования за стратегию поддержки Украины они не приняли эту идею.
Однако у Макрона есть поддержка в своей стране, он не одинок. И исходит она от социалистов и классической консервативной партии, что является очень хорошим знаком.
Игра ва-банк
На самом деле многих удивило заявление Мари Ле Пен, которую давно называют «подругой Путина», об уважении и поддержке Украины. Но не нужно тешить себя иллюзиям: это всего лишь слова. Голоса партии, которую возглавляет Ле Пен, во время голосования в Европарламенте красноречиво указывают, что никакой поддержки Киеву от них нет и не будет. То же самое касается и лидера ультраправых Жордана Барделла.
Зачем же тогда эти французские политики так громко заявляют о своем проукраинском настрое? Дело в том, что большая часть общества Франции видит в России угрозу для своей безопасности, а Украину поддерживает. Это показывают и последние опросы, которые доказали: даже избиратели Ле Пен настроены за украинцев. Поэтому такие конъюнктурные заявления — требование времени. Тем более, что она знает: электорат будет голосовать за ее партию, не помня о российско-украинской войне, для них важнее внутренние вопросы и распространённая неприязнь к Макрону.
Поэтому Президент Франции действует очень решительно, можно сказать, что ва-банк, ведь его критическая позиция в самой Франции может стать концом политической карьеры. Но стоит отметить, что в то же время это может превратиться в начало взлета в Еврокомиссии, поэтому риски, скорее всего, обдуманы и взвешены.
